телефон: +7(812) 941-0-945
skype:
Чиню мозги и мебель
Новости сайта:
Олег Матвеев-Гендриксон, семейный психолог и реставратор в СПб

ГЛАВА II. ИНДИВИДУАЛЬНОЕ РАЗВИТИЕ ЛИЧНОСТИ

§ 1. СОЦИАЛЬНАЯ ЕДИНИЦА И УНИКАЛЬНАЯ ЛИЧНОСТЬ

Человек по природе своей социален и потому включен в общест­венное бытие и конкретно в государственную структуру, в которой осуществляются его права и свободы, реализуется стремление быть уникальной личностью.

Личность по своей феноменологии предполагает развитие. Разви­тие личности опосредовано системой общественных отношений, а развитие личности осуществляется в процессе воспитания и присвое­ния человеком основ материальной и духовной культуры. Вместе с тем это опосредование не исключает возможностей формирования собственно внутренних позиций личности, выходящих за пределы наличных общественных условий.

В соответствии со своей социально-психологической феноменоло­гией человек существует в двух, присущих ему ипостасях: как соци­альная единица и как уникальная личность. Психология должна ис­следовать человека и как социальную единицу, и как уникальную личность, способную решать проблемные ситуации в политике, эко­номике, этике, науке и других жизненных сферах через индивидуаль­ную систему личностных смыслов.

Человек как личность формируется через свои отношения с други­ми людьми. Он познает себя как индивида через другого, себе подоб­ного, именно потому, что другой, как и он, является носителем обще­ственных отношений. Личность, следовательно, познается через от­ношения «Я» и «Ты»', «Я» и «Мы», «Мы» и «Они»2 и т.д.

Развитие личности идет также через присвоение материальной и духовной культуры человечества. Индивид в процессе своей жизни осваивает свою родовую сущность, одновременно раскрывая свои родовые потенции.

Процесс развития человеческой личности в принципе бесконечен. Человек способен выйти за рамки любых ограничений, осознавая и обретая в себе потребность в развитии. В этой связи уместно вспом­нить положение К. Маркса о том, что человек делает свою жизнедея­тельность предметом своей воли и своего сознания3. Жизнедеятель­ность человека сознательная, он - сознательное существо. Типология сознания зависит от этапа исторического развития общества и инди­видуального пути отдельной личности. (В то же время человек, безус­ловно, зависит и от бессознательной сферы.)

Необходимым условием развития сознания является свободная воля человека. Свободный индивид по-настоящему самоактуализи-

54

руется, становится личностью, когда может следовать своим ценно­стным ориентациям и даже противопоставить себя роду. Более того, человек только в обществе может обособляться4. Но выработать в себе эту способность можно только через развитие внутри рода, через присвоение духовной культуры, складывающейся на протяже­нии всей истории развития человечества. Противопоставление лич­ности роду есть, по существу, утверждение более глубинных связей индивида с родом.

Личность, следовательно, является носителем существующих об­щественных отношений и одновременно индивидуальной свободы. Индивидуальную свободу личность обретает в результате актуализа­ции ею своих родовых сил - способности сознательно принимать ре­шения. Для этого индивид может (или должен) обособляться от дру­гих индивидов и от общества. Таким образом, личность можно опре­делить как индивидуальное бытие общественных отношений.

Личность всегда представлена в конкретном историческом бытии и находится с ним в противоречивом диалектическом единстве. Чело­век - родовое существо. Однако личность является не только продук­том, но и субъектом общественных отношений. С.Л.Рубинштейн пришел к принципиальному выводу о том, что значимость личности определяется индивидуальным преломлением в ней всеобщего5.

С. Л. Рубинштейн видел необходимость изучения человека как час­ти природы, способной рефлексировать, осознавать себя родовым существом. «...Человеческое бытие,- писал он,- это не частность, допускающая астрономическое и психологическое исследование, не затрагивающее философский план общих, категориальных черт бы­тия. Поскольку с появлением человеческого бытия коренным образом преобразуется весь онтологический план, необходимо видоизменение категорий, определений бытия с учетом бытия человека. Значит, стоит вопрос не только о человеке во взаимопонимании с миром, но и о мире в соотношении с человеком как объективном отношении»6.

Человек - это не только продукт социальных отношений (эконо­мических и хозяйственных, реализующихся в условиях определенной общественно-экономической формации). Человек - это и производ­ное непосредственных отношений людей друг к другу как к одухо­творенной части природы. Эти отношения являются «подоплекой» всего богатства его чувств, его сознания, его ценностных ориента­ции и отношения к миру в целом. С. Л. Рубинштейн совершенно правомерно исходил из положения о том, что непосредственное об­щение предполагает отношение к другому человеку как «наличному живому роду», в индивидуальной форме несущему в себе «бесконеч­ную потенцию рода», и в то же время уникальному, единственному. Поэтому отношения любви выступают одновременно и как родо­вые, и как исключительно индивидуальные. Отношения любви есть

55

 развертывание человеком своей человеческой сущности и утвержде­ние другого в его исключительности и человечности. Следователь­но, истинная личность в своей самоактуальности должна стремиться быть достойной самой себя. Отсюда и необходимость утверждения «бытия человека как бытия все более высокого плана, все большего внутреннего богатства, возникающего из бесконечно многообразно­го и глубокого отношения человека к миру, другим людям и самому себе», - так представляет смысл и суть бытия личности С. Л. Ру­бинштейн7.

В отличие от концепций, разъединяющих индивида и общество, противопоставляющих их друг другу, наша позиция состоит в том, что социальные условия жизни людей - единственно возможные усло­вия развития человеческой личности и ее человеческого бытия.

Личность развивается как родовой индивид и как индивидуаль­ность, совершенствуясь и совершенствуя других.

Для понимания человека как личности необходимо знание всей ис­тории человеческого общества, понимание зависимости личности от развития общества и общества - от духовного потенциала личности.

Человек - субъект, живущий во времени; человеческая история -продолжающийся антропогенез. Поэтому человек может быть понят лишь через анализ его индивидуальной и родовой истории.

Исследование разных культур дает науке о человеке знание о его сущности в зависимости от условий жизни и особенностей сложив­шихся форм реализации человеческой духовной потенции. Истина о человеке как социальной единице (родовом индивиде), о человеке как личности может быть объективно раскрыта лишь через исследование прошлого - истории человечества, его сегодняшнего дня и предвос­хищения будущего развития человеческого рода. В то же время лич­ность может быть понята через анализ индивидуальных личностных смыслов, которые организуются в сознании человека в структурные звенья, общие для всех и каждого по наименованию и культурному абрису, но уникальные по их значениям и смыслу.

Структура самосознания личности - совокупность устойчивых свя­зей в сфере ценностных ориентации и мировоззрения человека, обес­печивающих его уникальную целостность и тождественность самому себе. Структура самосознания личности, предполагая сохранение ос­новных значений и смыслов при внешних и внутренних изменениях, строится внутри порождающей ее системы - той человеческой общно­сти, к которой принадлежит эта личность.

Личность традиционно рассматривается как человеческий инди­вид, продукт общения и познания, обусловленный конкретно-истори­ческими условиями жизни общества. В то же время личность индиви­дуальна. Поэтому личность принято определять как индивидуальное бытие общественных отношений. Это определение несет в себе сле-

56

дующее понимание: 1) личность - это социальное в нас (бытие обще­ственных отношений); 2) личность - это индивидуальное в нас (инди­видуальное бытие общественных отношений).

Бытие общественных отношений в личности формируется через присвоение человеком материальной и духовной культуры, общест­венно значимых ценностей, через усвоение социальных нормативов и установок. При этом и потребности, и мотивы каждой личности от­ражают общественно-исторические ориентации той культуры, в кото­рой развивается и действует конкретный человек. Человеческое суще­ство может подняться до уровня человеческой личности только в ус­ловиях социального окружения через взаимодействие с этим окруже­нием и присвоением того духовного опыта, который накоплен чело­вечеством. Присвоение отдельным индивидом духовного богатства человеческого рода (высшие психические; собственно человеческие функции потребности и мотивы; ценностные ориентации, идеология и др.) осуществляется в двух планах: закономерно и индивидуально. Закономерность понимается как тенденция к повторению с достаточ­ной вероятностью типичного в определенных исходных условиях. Закономерное- не исключительное, но непременно то исходное, из чего строится человеческая личность. Исходным в каждой личности является достаточно высокий уровень психического развития: сюда должны быть отнесены, во-первых, умственное развитие, определяю­щее способность к самостоятельному построению ценностных ориен­тации и выбору линии поведения, позволяющей отстаивать эти ори­ентации, во-вторых, достаточный уровень волевого и эмоционально­го развития, позволяющий человеку отстаивать свои ценностные ори­ентации, свое мировоззрение.

Индивидуальное бытие личности формируется через внутрен­нюю позицию человека, через становление системы личностных смыслов, на основе которых человек строит свое мировоззрение, свою идеологию. Мировоззрение представляет собой обобщенную систему взглядов человека на мир в целом, на свое место в нем; ми­ровоззрение - это понимание человеком смысла его поведения, дея­тельности, позиции, а также истории и перспективы развития чело­веческого рода.

Для каждого человека его система личностных смыслов определяет индивидуальные варианты ценностных ориентации. Личность создает ценностные ориентации, которые складываются у человека в его жиз­ненном опыте и которые он проецирует на свое будущее. Именно по­этому столь индивидуальны ценностно-ориентационные позиции лю­дей. Однако в индивидуальном всегда просматривается общее для чело­веческого рода. Это общее определяется закономерно возникающими в любых общественных отношениях людей ценностными ориентациями, формирующими костяк структуры самосознания личности. Самосозна-

57

 ние личности представляет такое в самой себе понятное единство, кото­рое находит свое выражение в каждом из пяти следующих звеньев.

Имя собственное - первое звено структуры самосознания, имя, иден­тифицированное с телесной и духовной индивидуальностью человека Феноменологическое значение имени как индивидуального знака человека, представляющего его в мире и определяющего его жизнен­ный путь, имеет место на всех этапах истории человека. В мифах ар­хаичного человека просматривается момент ожидания появления но­ворожденного («Вот прийдет...»), рождения («Вот пришел...») и его становление как члена рода. При этом имя появляется прежде, чем родится человек, и остается после его смерти - переходя от предка к потомку. В современной европейской культуре имя дается человеку по большому числу поводов (по традиции, в честь родственника, по бла­гозвучию и моде и пр.). При этом имя оценивается как социальный знак человека. Однако глубинно, психологически имя является тем катализатором, который содействует накоплению положительных эмоций, обращенных к человеку с первых дней его появления на свет, формированию базового доверия к людям и ценностного отношения к самому себе. При этом имя глубинно идентифицируется с телесной оболочкой, самим телом человека и его внутренней духовной сущно­стью. На этапах онтогенетического развития это звено самосознания прорастает сложными интегративными связями и определяет ценно­стные ориентации человека в его притязаниях на признание, в осо­бенностях половой идентификации, в характере построения жизнен­ных перспектив, а также в системе прав и обязанностей. В случае де-привации имени (оскорбления, насильственная смена имени и др.) человек не только испытывает дискомфорт, но и может отреагировать психоастеническими реакциями или депрессивными состояниями. Обращение к человеку по его имени, оказание уважительного отно­шения к нему через адекватно лояльный стиль общения обеспечивают условие успешного взаимодействия и готовности решать общие про­блемные задачи.

Имя- личное название человека, даваемое ему прежде всего при рождении; знак, позволяющий причислить человека к определенному социальному слою, этносу, месту в общественных отношениях, полу. Имя - это кристалл личности, который в течение жизни формирует и индивидуализирует человека. Исповедующий традиционное отноше­ние к имени человек бережет его смолоду и выгодно отличается от «безыменщика» (Вл. Даль) - бродяги, не помнящего родства или тая­щего свое имя.

Самопознание родового человека, безусловно, зависело от его идентификации со своим собственным именем. Для мифологическо­го сознания родовой культуры имя и его носитель представлялись чем-то нерасторжимым. Магия имени не давала возможности убить

58

врага, пока не будет известно его имя (следовало одновременно убить человека и его имя); первобытный воин, настигая свою жерт­ву, требовал: «Скажи свое имя!» Имя, передаваемое внутри рода новорожденному от его предков, в сознании людей охраняло ребен­ка. В родовой культуре формировались хорошо понимаемые ее представителями «образы» каждого имени, которые определяли то, каким хочет видеть его носителя род, от кого хотят защитить ребен­ка. Если ребенку при имянаречении давали имя предка, он посте­пенно узнавал о своем предке, идентифицировался с ним и надеялся, что лучшие свойства предка станут его свойствами. Имя глубоко входило в личность с мифологическим мышлением, становилось сутью самой личности.

В условиях современной жизни стран европейской культуры имя потеряло остроту мифологического отношения, но одновременно оно сохраняет мощное значение и смысл для его носителя. Имя имеет пси­хологическое значение; оно становится тем первым кристаллом лич­ности, вокруг которого формируется сознаваемая человеком собст­венная сущность. При этом имя соединяется с «Я», которое также употребляется для обозначения человеком самого себя.

Благодаря имени и местоимению «Я» ребенок научается выде­лять себя как персону. Идентификация с именем происходит с пер­вых лет- ребенку трудно думать о себе вне имени, оно ложится в основу самосознания, приобретает особый личностный смысл. Бла­годаря имени ребенок получает возможность представить себя как обособленного от других исключительного индивида. Депривация ребенка посредством отношения к его имени (обесценивание имени, обращение к нему по фамилии) лишает его уверенности в себе, сни­жает чувство доверия к взрослому.

Современный взрослый человек из цивилизованного общества также неформально относится к своему имени, хотя хорошо пони­мает его знаковую сущность. При надобности человек может сме­нить имя. Но в обыденной жизни люди делают это весьма редко.

Насильственная смена имени приводит человека к личностному кризису. Так, проводимая в 80-е годы кампания по смене имен так называемых турецких болгар и цыган привела к личностным кри­зисам многих людей, которых подвергли этому испытанию. Люди стали чувствовать себя другими личностями и теряли перспективу жизни.

«Имя - название, наименование, слово, которым обозначают особь, личность». На Руси различали имя по угоднику, ангельское, крестное и рекло, которое встарь не оглашалось. Кроме того, 100 лет назад у многих людей уже имелись отчество и прозвание - фа­милия. В дополнение к родовому имени народом или в семье дава­лось прозвище.

59

 Имянаречение человека несло в себе разные смыслы и значения. Имена умалительные были в большом ходу и употреблялись в раз­ном значении, например как ласка (Сенюшка, Сенюша, Сенютка). Звали так и князей своих, особенно Галицких (Владимирко, Василыто). Подлый перед боярином, а этот перед князем, царем назывался ума-лительно (Петрушка, Федькя, Митькя).

Попы же писались на «-чище» (Ишнчище, Степанчище). Особое умалительное окончание вводилось для детей незаконных. Святослав ушел во Владимир и с ним два сына от его наложницы:

Мстиславе^ и Яросливец.

Понятие «имя» может иметь иносказательный смысл как выраже­ние известности, достоинств: «Он приобрел имя», «Человек с именем». Вл. Даль приводит принятые в словесном обиходе выражения, пред­ставляющие имя человека как его человеческую сущность. «Я ведь не без имени овца», «Хорошо там и тут, где по имени зовут», «Под чу­жой потолок подведут, так и другое имя дадут».

Отношение к имени человека вообще, к различным имянаречениям складывается в процессе истории. Оно не статично на все времена. Некоторые значения при имяупотреблении в прежнее время канули в лету, другие сохранились и поныне. «Отношения» ребенка или взрос­лого со своим именем в разные моменты бытия неоднозначны: от «невосприятия» значения обращения по имени до болезненного на­пряженного внимания к тому, как произносится имя. Поэтому только тонкая идентификация с ребенком или взрослым других, выражаемая в способах обращения по имени, обеспечивает правильное взаимодей­ствие, дает возможность поддерживать человека в его притязаниях на желаемое отношение к себе.

Тело- организм человека в его внешних физических формах и проявлениях. В человеке телесное и духовное неразрывно связаны. Тело является носителем психических и духовных свойств человека. В то же время личность включает в себя не только духовное начало, но и свои телесные особенности.

Обнаженное человеческое тело в процессе истории было предме­том эстетического восхищения и стыда, одухотворенным носителем личностных свойств и предметом постыдной продажи человека как особи с набором физических признаков (пропорции лица и тела, рост, вес, пол, возраст, раса и др.). В первом случае в человеке через его тело выделяется красота духовная и физическая. Во втором случае -половая принадлежность и так называемые нами «товарные» физиче­ские признаки. Здесь заложены антагонистические виды отношения к физическому облику человека: 1) одухотворенное видение сущности человека телесного как венца творения, как объекта любви и восхи­щения; 2) низменное видение человека как исключительно представи­теля пола, которым можно воспользоваться на потребу возникающей

60

похоти, для садистских изощрений. Сказанное касается использова­ния не только чужого и своего тела, но и разнообразных поз, жестов, а также слов и выражений, своей скабрезностью оскверняющих душу человека и его тело. В последнем случае создается атмосфера цинич­ной издевки над телесной природой человека и его целомудрием. Этот антагонизм в отношении к человеческому телу представлен в само­сознании отдельных людей через присвоенные традиции, культурные ориентации и внутреннюю позицию.

Антагонистические позиции по отношению к человеческому телу нашли свое отражение в искусстве - живопись и литература издавна несут в себе обе тенденции. Особое место занимает порнография. Здесь важно указать на разрушительную роль низменного отношения к человеческому телу, что приводит к конфликту со стыдливостью и целомудрием. Стыдливость в отношении к собственной наготе, к на­готе другого человека- великая способность сохранять телесное и духовное целомудрие. Ребенок родится без чувства стыдливости, но и не растленным существом. Оставаться в состоянии первозданной не­винности не может никто. Важно вовремя привить ребенку и подрост­ку понимание возрастных особенностей телесных проявлений и диа­пазон возрастной дозволенности обращения со своим телом (в плане физических нагрузок, телесных функций, гигиены и др.). Важно во­время преуспеть в воспитании целомудрия и сопутствующей ему стыдливости. Здесь важно при сохранении стыдливости воспитать ценностное отношение к своему телу, научить заботиться о нем. Ребе­нок и отрок постепенно учатся в ситуациях прилюдного раздевания и переодевания (сауна, баня и др.) при достаточной внешней раскрепо­щенности контролировать свои позы из-за воспитанной у них стыд­ливости. В этом случае ребенок, отрок, взрослый выглядят более есте­ственными, чем акцентирующие на себе внимание демонстраторы якобы полной своей раскрепощенности, неизменно и однотипно ут­рирующие некоторые сомнительные позы.

Тело человека может быть неизменным, но может быть и возвы­шенно-целомудренным. Все телесные проявления неизменно отража­ются на личности человека, внутреннее отношение к себе телесному творит одновременно и соответствующую личность. Собственно, с осознания себя телесного и с отношения к себе телесному в онтогенезе начинается развитие личности.

Тело человека в системе ценностей постоянно противопоставляется его духу:

Предано проклятью тело!.. Вечно, вечно восхваляем дух. Дух! Тебя встречать осанной! Плоть! Тебе позор всегда!..

Евгений Винокуров 61

 Действительно, тело требует особого отношения человека. Отсут­ствие ценностного отношения к своему телу, отсутствие стыдливости, эстетического отношения к совершенному телу человека, а также безудержная агрессивность, которая проявляется в телесных выраже­ниях, - сигналы дефекта в личностном развитии.

Притязание на признание - второе звено структуры самосозна­ния. Уже в родовых, племенных отношениях человек стремился так строить свое поведение и делать такие вклады в производственную деятельность, чтобы быть признанным родом. Нормы социального поведения древний человек отрабатывал в обществе своих сопле­менников (они не распространялись на людей из чужого рода). Доб­родетели, которым должны в общих чертах следовать примитивные люди для того, чтобы сохраниться в экстремальных условиях жизни в природе, касались интересов рода. Это были прежде всего табу, запрещающие убийство, грабеж, измену и т.д., что обеспечивало выживание рода; это были ожидания успеха в деятельности, под­держивающей выживание рода. Индивид, выполняющий все предпи­сания рода, получал всеобщее признание и пользовался защитой. Преступления в пределах своего рода клеймились «вечным позо­ром». Именно племенные ожидания определенного типа поведения определяли развитие родового самосознания, объединенного в зна­чении и смысле слова «Мы». Таким образом, на первом этапе разви­тия человечества племенные ценности, племенное сознание опреде­ляли поведение человека, сдерживая индивидуальную импульсив­ность жестким контролем и требованием безоглядной ориентации на племенные ценности. Однако помимо тенденции к подчинению человеческих индивидов непосредственным интересам племени в истории человечества появляются и принципиально новые тенден­ции. Это тенденция к открытию новых способов действий в мире людей и предметов. Проходя через экстремальные ситуации, кото­рые предлагала социальная, не природная жизнь людей, отдельные представители рода человеческого привносили в свои племена и народы этические нормативы, которые, закрепляясь, превращались в прочные обычаи, ориентация на которые поддерживалась общест­венным мнением. Именно выполнение обычаев и законов давало воз­можность человеку удовлетворять свою потребность в признании.

В онтогенезе потребность в признании формируется благодаря пристрастному отношению взрослого к проявлениям ребенка. С ран­него возраста ребенок открывает, что все его поступки делят на «хорошие» и «плохие». Так как все хорошее эмоционально поощряет­ся, то у ребенка возникает стремление быть хорошим, начинается раз­витие активного стремления научиться тому, что одобряется окру­жающими его людьми. При этом ребенок прочно усваивает положи­тельную самооценку: «Я хороший».

62

В современных условиях взрослый человек реализует свою по­требность в признании во всем диапазоне разнообразных видов деятельности, включенных в три сферы человеческого бытия: при­рода, предметный мир, общество. Нормы социального поведения обретают характер общечеловеческих ценностей и сугубо уникаль­ных- принятых лишь конкретным этносом или государством. Со­временные нормы социального поведения человека уже не сущест­вуют в виде родовых табу, а размещаются в сфере кодексов и мо­ральных представлений. При этом благодаря культуре рефлексии появляется понимание мотивации человека, совершившего тот или иной поступок. Таким образом, притязание на признание для совре­менного человека может быть реализовано не в жестко определен­ных формах деятельности или нормативного поведения, а в нюансах межличностных отношений.

Депривация реализации притязаний на признание (неодобрение, порицание, отчужденность со стороны других) приводит к эмоцио­нальному напряжению и фрустрации, к развитию таких негативных образований, как ложь, зависть, агрессивность, неуверенность в себе, пассивность, конформность и др.

Притязание на признание- предъявление человеком своих прав на общественное уважение со стороны людей. Потребность в признании является характеристикой человека как существа социального и как уникальной личности. Реализация потребности в признании есть не только реализация притязаний на социально значимый формальный статус, но и реализация притязаний в сфере символической функции человеческих ценностей, имеющих исторически сложившиеся значе­ния и смыслы для каждой культуры. Известно: культура всегда несет в себе символическую природу, которая влияет на все сферы самосозна­ния человека, в том числе и на сферу притязания на признание.

Сравнительные исследования тенденций развития эстетического сознания дают основание установить, что родовые культуры подчас независимо от географического места проживания этноса в ряде слу­чаев имеют идентичные значения и смыслы, сопряженные с содержа­нием притязаний на признание. Сюда относятся все составляющие основу человеческой жизни: деятельность, традиции, начиная с рож­дения человека и до ухода из жизни, отношение к природе, к предмет­ному миру, к людям и т.д. Каждая из названных сфер приложения человеческой активности несет в себе установки на предъявление обо­значенных притязаний.

Особое место занимает притязание на признание в сфере этнической консолидации. История этнического самосознания - история поляриза­ции бинарной системы «Мы» - «Они» через механизмы идентификации и обособления. Значение и смыслы слов «Мы» и «Они» всегда имели колоссальную силу воздействия на самосознание людей. Объединение

63

 внутри «Мы» давало признание и поддержку. Отчуждение от «Они» также поощрялось. На стадии родовых отношений «Они» уничтожа­лись, их земли и жилища разорялись, реки стравливались (символи­чески, путем заклинаний и проклятий или реально). Сегодня глубинные значения и смыслы «Они» и «Мы» имеют тенденцию к трансформации. Однако этнические эмоции обладают способностью передаваться от поколения к поколению - и по сей день мы наблюдаем, как современ­ный человек может реализовывать свою потребность в притязании в контексте этнических и межэтнических отношений.

Потребность в признании (в том числе и карьеру) в современных условиях человек может реализовать во всем многообразии видов деятельности, возникших в истории человечества, а также в сферах, знаменующих поступательное развитие самосознания людей: меняется отношение к угрозе экологического кризиса (эта проблема становится актуальной не только для науки, но и для политики и идеологии), к межэтнической разобщенности и дискриминации (цивилизованная часть человечества разработала «Всеобщую декларацию прав челове­ка») и многое другое. Защита экологии Земли, прав человека и досто­инства личности обретает новые значения и смыслы для человека и содействует реализации его потребности быть признанным референт­ной для него группой единомышленников, его потребности утвердить себя через систему собственных ценностных ориентации.

В обыденной жизни человека столь высокие значения и смыслы в сфере притязания на признание обычно не присутствуют в выражен­ной форме. Человек притязает на признание близких людей (семья, родственники, соседи, коллеги по работе) через утверждение себя в нормативном поведении, на любовь ближних, на успех в повседнев­ной жизни и т.д. Реализуя притязание на признание в сфере обыден­ной жизни, человек утверждает чувство собственного достоинства и самоценности, одновременно выступая как социальный индивид.

Половая идентификация - третье звено структуры самосознания. Несет в себе ценностные ориентации человека на свой пол как соци­альную роль, как сексуальную потенцию и сексуальное поведение, а также включает психологическое признание своей идентичности со своим полом в физическом, социальном и психологическом плане.

Половая идентификация имеет свою специфику в истории развития человеческого рода и в наше время в зависимости от геоисторическо­го пространства, традиций этноса, религии и государства. В мире представлено большое разнообразие стереотипов мужского и женско­го поведения. Соответствие ожиданиям общества, к которому при­надлежит тот или иной мужчина или женщина, во многом определяет индивидуальную судьбу человека.

Психологическое обретение пола происходит с раннего возраста до взрослости. Уже в детстве человек представляет себя среди других

64

людей как будущий мужчина или как будущая женщина, как мальчик или как девочка. Идентификация со своим полом, имеющая столь глубокое проникновение в самосознание личности, что она интегри­рует по всем звеньям самосознания (неправильное определение доми­нирующего пола у гермафродитов и др.), - тяжелая травма для чело­века, требующая тонкого психологического сопровождения.

Депривация человека со стороны его половой тождественности приводит к эмоциональному напряжению, фрустрации и неврозам.

Половая идентификация — единство самосознания, мотивов поведе­ния, поступков в обыденной жизни человека, причисляющего себя к определенному полу и принимающего на себя предписанную традиция­ми соответствующую половую роль.

Половая идентификация осуществляется на основе генотипических предпосылок и социальных условий развития и бытия человека. Гено-типические предпосылки определяют половую дифференциацию че­ловека по морфологическим и физиологическим признакам мужского и женского пола. Социальные условия определяют половую иденти­фикацию на основе генотипических предпосылок.

Родовая половая идентификация - прежде всего разделенный труд мужчин и женщин. Человечество в период родовых отношений людей было вынуждено учитывать физические данные и связанную с этим половую дифференциацию при распределении труда. Кроме того, ро­довая женщина несла в себе новую жизнь, что держало ее крепче всего у домашнего очага в определенной зависимости от условий. Родовая культура была ориентирована на воспитание мальчиков и девочек через непосредственное включение их в систему исконных профессий мужчины и женщины. За воспитание мальчика поэтому всегда отве­чали мужчины, за воспитание девочки - женщины (в первую очередь родители и ближайшие родственники).

Родовая половая идентификация побуждала родового человека ут­верждать себя как мужчину (или женщину) в конкретной деятельно­сти. В некоторых случаях природная половая принадлежность от­дельного индивида и деятельность, в которой нуждалась родовая се­мья, вступали в антагонистические отношения. Так, когда не хватало женских рук для выполнения всех женских обязанностей, новорож­денного мальчика путем шаманских обрядов идентифицировали с женщиной, давая ему женское имя, одежду и воспитание. Как сексу­альные объекты эти люди теряли свою ценность, становясь предметом насмешек и пренебрежения. Исключения подтверждали правило:

чужчины и женщины должны были выполнять свою функцию в дея-^льности и в воспроизведении поколений.

В современном цивилизованном обществе половая идентифика-1я не предопределяется разделением труда на мужской и женский. •оловые роли усваиваются через подражание представителям сво-

65

 его пола, через идентификацию с ними и обособление от противопо­ложного пола в определенные возрастные периоды. Механизмы идентификации - обособления очень тонко взаимодействуют в про­цессе развития половой тождественности человека: норма половой идентификации имеет большой разброс на протяжении всего онто­генеза и жизни человека.

В онтогенезе к концу раннего возраста ребенок устанавливает для себя свою половую принадлежность, а на протяжении первых семи лет интенсивно присваивает поведенческие формы, интересы, ценности своего пола. Стереотипы мужского и женского поведения входят в самосознание ребенка через подражание представителям своего пола. В то же время у ребенка развивается так называемая доброжелатель­ная пристрастность к различным эмоциональным окрасам к детям своего и противоположного пола.

Позиция ребенка, отрока, юноши как представителей пола опреде­ляет специфику развития самосознания. Осознание своей половой идентификации имеет наиважнейшее значение для развития человека:

чувство тождественности со своим полом, стремление поддержать «престиж» своего пола в рамках культуры своего этноса, страны оп­ределяют основополагающие позитивные достижения в развитии личности. Негативные образования также могут быть связаны с куль­турными особенностями половой идентификации.

Особое место занимает проблема половой идентификации людей, у которых совокупность генетических, морфологических, физиологиче­ских и психологических особенностей приводит к их рассогласова­нию, проявляющемуся в сексуальных переверзиях.

В сексуальных переверзиях определенное место занимают наслед-ственно-конституциональные факторы. Однако врожденные извра­щения полового влечения встречаются сравнительно редко. Чаще всего переверзии возникают в онтогенезе из-за провоцирующей роли микросоциальной среды. К числу распространенных переверзии, свя­занных с половой идентификацией, можно отнести гомосексуализм и лесбиянство. Чтобы предупредить отклонения в половой идентифи­кации у ребенка и подростка, следует уделять специальное внимание их отношению к своему телу, контролировать игры и общение со сверстниками, для того чтобы правильно ориентировать на ценности половых ролей, с которыми им предстоит отождествить себя по факту своего рождения.

Психологическое время личности - четвертое звено структуры са­мосознания. Человек в своем самосознании относительно своей пер­соны мыслит в трех временах: в индивидуальном прошлом, в настоя­щем и будущем. Вместе с тем он исходит из прошлого, настоящего и будущего его этноса, его государства, и, наконец, он может быть включенным в прошлое, настоящее и будущее человечества. Степень

66

включенности во все временные измерения определяет значения и смыслы, которые личность придает своему существованию на Земле, обязанности, которые она возлагает на себя, а также знаменует уро­вень развития самой личности.

Соотнесенность себя с миром в прошлом, настоящем и будущем -наиболее перспективная позиция для бытия и развития человека как личности. Именно в этой позиции он находит возможность осознать ценность человеческого бытия во всей перспективе истории, в на­стоящем и будущем. Временная рефлексия на путь человечества и на свое индивидуальное место в индивидуальной перспективе жизни дает человеку возможность проникнуться пониманием ценности жизни, стремиться к утверждению бытия через моральное отношение и лю­бовь к людям.

Ребенок с помощью взрослого учится «вспоминать» («Когда я был маленьким»), обращаться к своему будущему («Когда я вырасту большим»). Притязая на признание, ребенок с помощью взрослого проектирует себя в будущем как сильную, все умеющую и все могу­щую личность. Стремление соотнести себя настоящего с собой в про­шлом и будущем - важнейшее позитивное образование самосознания развивающейся личности.

Негативные образования, связанные с осознанием себя во време­ни, могут возникнуть через некритическое отношение к своей персо­не, нежелание и невозможность к усилиям воли, а свободные фанта­зии могут послужить основой для возникновения прожектерства в возрастном периоде, далеко уходящем из отрочества.

Психологическое время личности для взрослого человека является своеобразным прибором, позволяющим мерить свой индивидуальный путь, в том числе и время жизни. При этом историческое время его народа и всего человечества вплетается в самосознание человека, в его индивидуальное психологическое время и определяет специфику кар­тины мира, ценностных ориентации, жизненную позицию.

Депривация ценностного отношения человека к его прошлому, на­стоящему, будущему или отсутствие структурированного прошлого в истории развивающегося человека и неопределенность перспективы жизни разрушают внутренний статус личности.

Психологическое время личности - индивидуальное переживание своего физического и духовного изменения в течение времени, пред­ставленного прошлым, настоящим и будущим в отрезке объективного времени жизни. Вместе с тем психологическое время включает в себя прошлое, настоящее и будущее этноса, государства и человечества в той мере, в какой конкретный человек вмещает в индивидуальном сознании национальную и общечеловеческую культуру. Как культу­ра динамична в своей истории (ее настоящее существует через трансформации прошлого и через прогнозы будущего), так и психо-

67

 логическое время личности динамично в зависимости от значимых для нее обстоятельств: настоящее может изменять интерпретации прошлого и будущего, трансформируя прежние их образы. Обраща­ясь к историческим личностям или простым людям прошлого, об­ращаясь к героям и антигероям утопий и фантазий будущего, чело­век соотносит себя с их образами и тем самым поддерживает духов­ную и эмоциональную связь с прошлым и будущим.

Соотнесение себя с культурными образами прошлого и будущего -естественная для бытия и развития человека позиция. Именно это дает возможность переживать как ценность человеческое бытие во всей истории в сфере сегодняшнего дня и в ближайшей и отдаленной пер­спективе. В XX в. этот процесс усложнился. Сущностные изменения в развитии общества, порожденные темпом и результатами техническо­го прогресса, стимулируют разрыв с традициями и отчужденное от­ношение к прошлому. Рефлексия на свой индивидуальный путь в кон­тексте исторического процесса дает человеку возможность проник­нуться чувством движения индивидуальной жизни в цепи истории человеческого рода, пониманием ценности жизни и суетности прохо­дящих побуждений, что утверждает человека в необходимости мо­рального отношения и любви к людям.

Психологическое время личности - звено самосознания человека, которое позволяет ему адекватно реагировать на свой индивидуаль­ный путь во времени и стремиться объективно оценивать себя в своих притязаниях во всех сферах жизни.

В онтогенезе самосознание ребенка с раннего возраста развивается в плане постижения своего «Я» в прошлом, настоящем и будущем. Образы памяти и воображения содействуют образованию феномена психологического времени. Чем младше ребенок, тем большее участие в формировании жизненной перспективы детской личности должен принимать взрослый. При благоприятных условиях развития само­сознания чем старше становится ребенок, тем отчетливее у него пони­мание ответственности за себя в настоящем и будущем. Однако здесь нет прямой корреляции с возрастом.

Развитие социально-необходимой способности к рефлексии на перспективу собственной жизни невозможно без содействия взросло­го, заинтересованного в формировании у ребенка личностного психо­логического времени, опосредующего процесс жизнедеятельности, перспективы жизненного пути.

Построение субъективной картины жизненного пути в самосозна­нии развивающейся личности чрезвычайно важно.

В условиях депривации развивающейся личности в неблагополуч­ной семье или в детском учреждении интернатного типа чаще всего формируется человек без ответственного отношения к собственному времени жизни, без сформированного психологического времени.

68

Эмоциональное неблагополучие, тревога, связанная с прошлым, настоящим и будущим у детей, лишенных родительского попечитель­ства, имеют типичную представленность в их сознании (воспоминания по большей части носят негативный, мозаичный характер; будущее синкретично). В практику развития личности ребенка, лишенного ро­дительского попечительства, в настоящее время вводится метод пози­тивных проективных мифов об индивидуальном прошлом ребенка, что позволяет компенсировать потери в развитии психологического времени личности.

Социальное пространство личности - пятое звено структуры само­сознания. Родовая культура уже содержала в себе определенную сово­купность идей и взглядов, отражающих в традиционной форме (ми­фы, табу) отношения родового человека к окружающей действитель­ности, другим людям и служащих воспитанию нового поколения. Ро­довая традиция, имея более ограниченный характер, чем традиция и правовая культура современных развитых обществ, в рамках своей уникальной ограниченности формировала сознание и самосознание родового индивида. Все формы традиционного родового воздействия (мифы, сказания, ритуалы, обычаи и пр.) на новые поколения имели исключительное воспитательное влияние. Именно они определяли содержание формирующегося мировоззрения родового человека и давали ему те традиционные поведенческие формы межличностных отношений, которые обеспечивали выживание, трудовую деятель­ность и воспроизводство нового поколения.

Освоение нормативов родового долга имело универсальное значе­ние для выживания рода и каждого родового человека. Внутри рода формирование долга у нового поколения осуществлялось через тра­диционные социальные ожидания, мифологию, сказания, песни. Чув­ство родового долга прививалось и через поступки, проявляемые в повседневной жизни рода, в деятельности, в образах инициации.

Каждая инициация знаменовала то, что данный индивид поднима­ется на новую ступень родовой иерархии. Это давало социальное при­знание - прошедший инициацию уже на новой ступени получал право быть ответственным за свои поступки. Инициация так сильно воздей­ствовала на индивида, что знаменовала собой действительно качест­венный скачок в его духовном и социальном развитии. Через инициа­ции «рождался» социально ответственный индивид. Наряду с тем что инициация производила покорный роду, стандартизированный соци­альный тип, позитивным достижением было также то, что родовой человек закалял волю к подчинению родовой концепции долженство­вания. В структуру самосознания родового человека глубоко входили родовые «надо», «можно», «нельзя».

Как мы уже писали об этом выше, «надо» - мотив, который пре­вращает несмышленыша в человека: ребенок должен чувствовать и

69

 осознавать свои человеческие обязанности перед людьми, природой и самим собой. Знание норм поведения и привычки поведения фор­мируются через прививаемое ребенку эмоциональное отношение к нравственным нормам. Ребенок долго осваивает свои обязанности и права, не осознавая их великого значения для себя как человека, принадлежащего к развитой цивилизации. Для него обязанности и права, предоставленные ему обществом, выступают как данность, существующая изначально. Он не может без посредника понять зна­чения прав для собственной личности. Лишь в отрочестве человек предпринимает попытку осознать значения и смыслы прав и обя­занностей. При этом через обособление от старших и муки, испыты­ваемые в результате обретаемого одиночества, отрок подходит к пониманию того, что социальное пространство постоянно препод­носит все новые и новые проблемные ситуации, которые нельзя вся­кий раз разрешить преподанным научением и опытом. Отрок от­крывает, что новую, проблемную для себя ситуацию следует всякий раз решать заново, исходя из существующих в обществе обязанно­стей и прав.

В современных обществах вхождение человека в социальное про­странство так же, как и в исторически ранние времена, осуществляется через усвоение прав и обязанностей. Позитивной стороной стремле­ния быть признанным в обществе является нравственное чувство, или совесть, которая резюмируется в житейских отношениях между людь­ми в значениях и смыслах извечного слова «должен». Чувство долга как высшее достижение духовной культуры человечества через притя­зания на признание становится достоянием развивающейся личности. Реализация потребности в признании развивает активность, навыки общения, другие социальные качества личности, действующей в рам­ках отношений прав и обязанностей.

Сегодня человек в развитом обществе исходит из признания того, что нет прав без обязанностей, как нет обязанностей без прав. Совре­менные конституции и Всеобщая декларация прав человека неизменно формулируют уникальное право человека - быть обязанным обществу, другим людям, ближнему.

Структура самосознания личности есть совокупность устойчивых связей ее элементов, обеспечивающих определенную целостность и тождественность во все периоды развития человеческой истории. Структура самосознания строится во временном и социальном про­странствах. Содержательной единицей анализа структуры самосозна­ния выступают ценностные ориентации, которые начинают формиро­ваться на ранних этапах онтогенеза и наполняют ее звенья.

Структура самосознания человека неизменно включает ценност­ные ориентации этноса, к которому он принадлежит. Каждый консо­лидированный этнос имеет присущую ему, исторически обусловлен-

70

ную этноцентрическую систему ценностей, определяющих особенно­сти содержательного и эмоционального наполнения структурных звеньев самосознания. Это обстоятельство объединяет всех предста­вителей одного этноса (механизм идентификации) и формирует го­товность к отстаиванию своей этнической уникальности по отноше­нию к другому этносу, прежде всего проживающему в одном геоисто­рическом пространстве.

Содержательная сторона самосознания постоянно развивается, причем при постоянстве звеньев структуры самосознания содержа­тельное их наполнение зависит от многих привходящих факторов (предпосылок развития, условий развития, внутренней позиции само­го человека).

Социальное пространство личности - условия развития и бытия че­ловека, которые психологически вводят его в сферу прав и обязанно­стей. В качестве условий выступают: 1) место, где протекает жизнь человека; 2) стиль и содержание общения в контексте культуры, к которой принадлежит человек; 3) внутренняя позиция самого челове­ка по отношению к истории своего этноса, к культуре как целостному, исторически обусловленному явлению.

Социальное пространство как феномен культуры определяется значениями и смыслами прав и обязанностей, сформулированных в истории этноса. Каждая культура несет в себе исторически обуслов­ленную систему символов: предметы, одежда, жесты, традиционные способы выражения эмоций по исторически обусловленному поводу, чувство собственного достоинства и ценностное отношение к чувству достоинства другого человека- все имеет значения и смыслы, понят­ные (естественные) для людей общей культуры.

В онтогенезе человека социальное пространство осваивается весь­ма постепенно, через стремление ребенка реализовать свои притяза­ния на признание. Через посредство стремления получить социальное одобрение и быть оцененным как «хороший» ребенок усваивает цен­ностное отношение к долженствованию, к тому, что «надо», к нравст­венным нормам. Осваивая обязанности и права, накапливая опреде­ленные знания о них, ребенок долго не осознает их значения для себя как человека, принадлежащего к определенной культуре, к современ­ной цивилизации. Практически права и обязанности для ребенка пси­хологически отчуждены от его личности, существуют вне его, при этом обязанности выступают в его сознании как акт социального насилия, а права растворены где-то в социальном пространстве и су­ществуют как некая абстракция.

Совсем другое дело современный подросток и тем более моло­дежь. Именно в отрочестве (в период с 13-16 лет) начинает прояв­ляться тенденция к личностному развитию, когда сам подросток, рефлексируя на себя, прилагает усилия к становлению себя как

71

 личности. В этот период происходит явная интенсификация разви­тия одновременно в двух направлениях: 1) стремление к освоению и овладению всем диапазоном социального пространства (от под­ростковых групп до политической жизни страны и международной политики); 2) стремление к рефлексии на свой внутренний интим­ный мир через самоуглубление и потребность осознать свое место в контексте культуры и истории своей страны и всего человечест­ва. Поэтому-то именно в подростковом возрасте человек может производить впечатление интеллектуально, морально и социаль­но-политически развитого субъекта.

Те подростки, которые символизируют своими психическими и социально-политическими достижениями потенциальные возмож­ности возраста, могут демонстрировать способность не быть по­глощенными обществом, входить в него с горячностью отрочества и стремиться быть правильно ориентированными в системе прав и обязанностей. Кроме того, получая от общества шаблоны в оценке национальных, политических, религиозных или атеистических идей, такие подростки могут достаточно успешно ориентироваться в этих ценностях и, обладая развитой рефлексией, сознательно ис­кать собственное решение в любой социально значимой проблем­ной ситуации.

Важно отметить, что в отрочестве намечается большой разрыв между путем, пройденным разными подростками от естественной инфантильности детства до углубленной рефлексии и выраженной индивидуальности личности. Этот разрыв может сохраняться и в юности, и во взрослые годы. Поэтому мы наблюдаем большой раз­брос в освоении людьми социального пространства, в мере иденти­фикации и отчуждения сферы прав и обязанностей.

Множество людей не осознает основные принципы, определяю­щие место человека в социальном пространстве, основополагающие достижения человечества в сфере прав и обязанностей. [«Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения» (Конституция РФ. Статья 21, п.1); «.Каждый человек име­ет обязанности перед обществом, в котором только и возможно свободное и полное развитие его личности» (Всеобщая декларация прав человека. Статья 29, п.1).]

Депривация человека со стороны ущемления его прав и обязан­ностей может зомбировать его сознание, повышать конформность, выражаемую в неадекватно лояльном или пассивном поведении. Однако ущемление прав и обязанностей человека может вызывать с его стороны интенсивное сопротивление и стремление противосто­ять тем, кто уповает на то, чтобы отнять у человека его право обла­дать всей совокупностью гражданских прав и тем самым лишить его гражданства.

72

Оглавление

Запись в СПб по тел: или по скайпу: My status

Хочешь узнавать больше? Получай новые статьи в час публикации